После окончания техникума в 1961 году мы с Тамарой начали новую главу в жизни. Зарегистрировали брак в ЗАГСе и получили свидетельство о браке. Свадьбы как таковой у нас не было, только небольшая вечеринка с выпускниками. Через три дня после этого важного для нас события мы отправились к родителям Тамары.
Наш путь начался с поездки на поезде в Сорочинск. Там нас встретил дядя Тамары на лошади с санками. Проехав около 30 километров на санях по заснеженной дороге, мы прибыли в деревню Грачёвка Красногвардейского района, где жили родные Тамары. Мы провели там неделю, наслаждаясь теплом и поддержкой близких.
По возвращении в Илек меня пригласили в райком партии и предложили работу в орготделе. В то время первым секретарём райкома был А.Е. Кузьмин. Это был важный шаг в моей карьере и жизни, и я был полон надежд и амбиций.
Однако через полмесяца, я понял, что работа не приносит удовлетворения, так как не было возможности проявить самостоятельность. Каждый раз нужно было ждать заведующего организационным отделом, чтобы получить задание: кого проверять и так далее. Я решил обратиться к секретарю с просьбой направить меня в Кардаилово. Он согласился, но вопрос решался на заседании райкома, где многие были против, поскольку председателем в колхозе «Россия» был А.Е. Рапоткин – мой дальний родственник.
Я объяснил, что это не повлияет на мою работу, и в итоге мою просьбу удовлетворили. Мы с Тамарой переехали в Кардаилово. Нам предоставили новый дом без ограждения и огорода. Я начал работать зоотехником, а Тамара стала заведующей пунктом по осеменению коров. На пункте содержалось четыре быка-производителя симментальской породы, от которых брали сперму для осеменения коров, и лаборатория.
Илья Смолоногов и Валентин Ефремов занимались сбором спермы и одновременно выполняли обязанности осеменаторов на второй и первой фермах. Александр Баронин был скотником, ответственным за уход за быками. Маша Сергиенко работала техничкой и помощницей у Тамары. Скоро жена ушла в декретный отпуск. У нас родился сын, которого назвали Юрием в честь первого космонавта. Это произошло 26 апреля 1962 года.
После декретного отпуска Тамара вернулась техником-осеменатором на первую ферму. Её прежнюю должность занял Мальфанов, бывший главный зоотехник, который получил её по инвалидности. Одновременно с нами пришли С. Галда, назначенный инженером сельскохозяйственной техники, и Н. Рыбянов, агроном,который через год стал бригадиром полеводческой бригады, а впоследствии директором школы в Кардаилово. С. Галда позже возглавил районную сельхозтехнику, а я стал секретарём парткома в межколхозной строительной организации, а затем заведующим отделом культуры при райисполкоме. В этих должностях я проработал почти 25 лет.
Когда мы жили в Кардаилово, то часто посещали кинотеатр, ходили на танцы, купались в реке Урал и заготавливали дрова на зиму. Я участвовал в праздничных концертах в сельском Доме культуры, исполняя песни.
Как главный зоотехник, я часто ездил по фермам, одна из них находилась под Краснохолмом, другая — под Подстёпками, а третья — в восьми километрах от Кардаилова. Молодняк коров пасли на военведе за селом Димитрово, овец — под Димитрово, Озёрками и примерно в десяти километрах от Кардаилово. Лошадей и уток пасли под Краснохолмом, а в окрестностях Кардаилова находились ещё две свинофермы. Именно поэтому руководство колхоза приобрело для меня мотоцикл «Урал», что значительно облегчило выполнение моих обязанностей.
До нашего приезда и после руководство колхоза и сельского совета активно способствовали развитию сельских поселений. Были построены Дом культуры, школа, детский сад, правление колхоза, проведено уличное освещение и двухэтажный дом на несколько семей. Началось строительство больницы и новых домов. Культурная жизнь активно развивалась при поддержке специалистов из Оренбурга. К осени подготовили духовой оркестр, певцов, танцоров и вокальную группу, в которой я тоже участвовал. Мы выступали в Илеке на отчётном партийном собрании, в Оренбурге — в драмтеатре и Доме культуры имени Дзержинского, а затем отправились в Москву, где выступали на ВДНХ в течение трёх дней, после чего вернулись домой.
В октябре 1963 года бюро райкома партии направило меня в колхоз «Память Ленина» в Подстёпки для развития животноводства. Меня избрали секретарём парткома. Тамара начала работать в библиотеке. В том же году в колхозе сменились председатель, главный бухгалтер и инженер сельхозтехники. Единственным постоянным сотрудником остался агроном. Урожай в тот год был плохим, кормов не хватало. Приходилось снимать соломенные крыши с ферм, чтобы прокормить животных, но зиму мы пережили. Весной молодняк крупного рогатого скота перевезли на остров в Илеке на пароме.
Мой объем работы как зоотехника значительно уменьшился, поскольку количество животных стало невелико. Мы содержали скот на нескольких фермах: одна предназначена для коров, другая — для молодняка, третья — для овец, четвертая — для свиней и пятая — для кур.
Для приезжих специалистов возводили жилые дома, а также продолжали строительство школы. По завершении учебного года правление колхоза переводили в просторное деревянное здание, где обучались младшие классы, в то время как старшеклассники продолжали занятия в Красном Яре. С каждым годом поголовье скота росло, что потребовало строительства специальных помещений для крупного рогатого скота, свиней и кур.
Когда школа была, наконец, построена, в село прибыли молодые педагоги: четыре женщины и один мужчина.
Для обогрева дома зимой, мы заготавливали дрова осенью. Мне помогал в этом мой сын Юра, которому не исполнилось ещё и трёх лет. Он с энтузиазмом возил на санках колотые дрова и заносил их на веранду. Юра так увлёкся этим делом, что продолжал заниматься им вплоть до окончания школы. С возрастом научился пилить и колоть не только берёзу, но и дуб с клёном, а затем аккуратно укладывал колотые дрова в сарай.
В 1965 году партийное руководство предложило мне отправиться в Монголию. Однако мы с Тамарой решили отказаться, поскольку ожидали появления на свет дочери Ирины. Она родилась 2 декабря того же года. Наша дочь росла быстро и уже в три года запоминала всё, что ей читали из детских книг.
В Подстёпках я занимался пением, волейболом и подготовкой команды к соревнованиям в Илеке. Но, несмотря на все усилия, призовые места нам завоевать не удалось.
В 1967 году обком партии отправил меня на учёбу в Горьковскую высшую партийную школу при ЦК КПСС. Я успешно прошёл отбор и начал обучение. Меня избрали помощником секретаря парткома школы от нашей группы. По окончании первого года учёбы я узнал, что один из выпускников этой школы остался работать в орготделе райкома. Это подтолкнуло меня к решению перейти на заочное обучение. Сдал экзамены, оформил все необходимые документы и отправился в Илек в поисках работы
Узнав, что требуется секретарь парткома в ПМК, я направился в райком партии. Секретарь райкома удовлетворил мою просьбу. На заседании в ПМК меня избрали секретарём, и я приступил к работе. От ПМК предоставили квартиру в двухэтажном доме. Я перевёз семью в Илек, и мы начали новую жизнь. Юра пошёл в школу, а Ирину стали возить в детский сад «Теремок». Тамара сначала тоже устроилась на работу в ПМК. Проработав два года, она перешла на Илекскую государственную станцию по искусственному осеменению сельскохозяйственных животных, где проработала 27 лет. Общий трудовой стаж Тамары составил 41 год, из которых 36 лет она посвятила сельскому хозяйству.
В те времена в состав Илекской ПМК входила Краснохолмская строительная организация. Объём строительных работ был настолько велик, что к нам приезжали специалисты из других республик. Мы возводили животноводческие комплексы, одно-и двухэтажные жилые дома, Дома культуры, детские сады и школы. Самым тяжёлым считался труд на кирпичном заводе, где в рамках субботников приходилось переносить обожжённый кирпич, который был очень тяжёлым и горячим. В феврале 1972 года нам выделили дом на улице Чапаевской, который ранее построил для себя инженер, но затем переехал в Оренбург.
Кроме работы по строительству, я организовывал для молодёжи лыжные соревнования и лыжные прогулки по выходным. Протрудившись три с половиной года в ПМК, перешёл на должность заведующего отделом культуры района. Председатель ПМК мне сказал: «Если бы я знал, что ты уйдёшь, не вселил бытебя в дом на Чапаевской».
В отделе не хватало квалифицированных кадров. Чтобы решить проблему, пришлось объехать близлежащие районы области и найти специалистов. Вскоре в Илек из Новосергиевки переехали супруги Филатовы. Владимир занял должность хормейстера в Доме культуры, а его жена Нина стала петь. Из Оренбургского района прибыл баянист. Преподаватели из Илекской музыкальной школы также включились в работу ДК. С каждым годом число специалистов в сельских клубах и библиотеках района росло. По итогам работы учреждения культуры района занимали вторые места в области, а лидировал Октябрьский район.
В сентябре 1972 года моя дочь Ирина пошла в первый класс. К тому времени она уже умела читать, писать и рисовать. По вечерам она играла на детской гармошке и пела песни. Юрий учился в третьем классе. В том же году я окончил высшую партийную школу. Экзамены сдавал в Московской школе при Центральном Комитете КПСС.
На последнем экзамене преподаватель спросил меня: «Какое отношение к вашей фамилии имеет Пётр Алексеевич Кропоткин, который работал с Владимиром Ильичём Лениным?» Я ответил, что не знаю. Преподаватель сказал: «Молодой человек, вы должны знать свою родословную. Ставлю вам «четыре». Я считаю, что нашу родословную узнают наши внуки и правнуки.
Продолжение следует
Михаил Рапоткин, с. Илек