(Продолжение.
Начало в №39 от 10.10.2025 г.)
Он взял с собою волосяной аркан, накинул петлю на одичавшего красавца и с ловкостью горного барса вскочил на него. Жеребёнок, как почувствовал на себе седока, тут же пустился соколом по степи, сбивая всё, что встречалось на пути, лишь взвихривая за собою пыль до
облаков.
Джигиты кинулись на помощь отважному юноше, но сколько они ни ездили, только видели глубокие следы копыт крылатого коня. Но нагнать их так и не смогли. А кунан уже трое суток, без передышки, ураганом носился по степи, перескакивая через холмы, овраги и озёра, стараясь сбросить с себя цепкого наездника. Но чем труднее было, тем упорнее и настойчивее был юноша. Он стойко перенес ушибы, голод, зной и бессоницу. На четвёртый день кунан покорился и сделался послушным воле своего смелого хозяина.
А когда Муюнкум возвратился в родное селение, все встретили его, как героя. Джигиты завидовали ему, девушки дарили цветы и улыбки. Старики наперебой пожимали его руки и обнимали, как сына. А Мукан стоял возле своего дворца и от счастья по его морщинистому лицу
катились крупные слёзы.
Вскоре отец справил сыну богатырские доспехи и вручил ему свое оружие. Ехал как-то Муюнкум на своем скакуне по степи и повстречался с красавицей Сейхун. Она была так прекрасна, что юноша, как увидел ее ослепительный взгляд и длинные-предлинные косы, так даже речи лишился. И девушка залюбовалась сильным и стройным джигитом. После нескольких встреч они поклялись в верности друг другу
на всю жизнь.
Через неделю во владениях Мукана состоялась пышная свадьба. Сейхун своей необычайной красотой сразу преобразила долину. Куда ни ступит, там расцветают цветы и шелковистые травы. Куда ни кинет свой взгляд, там, словно по волшебству, подымаются фруктовые сады.
Никогда еще не веселился так народ в стране Бек-Пак-Дала. Джигиты состязались в гонках на конях и белых одногорбых верблюдах. По давно заведенному порядку победителю оказывали особые почести: самая красивая девушка должна была поднести ему свой шарф. А самой красивой была Сейхун. Когда назвали имя победителя, Мукан сказал своей снохе-красавице:
– Иди, доченька, и передай победителю заслуженную им награду.
Воцарились тишина и внимание. Она сняла со своих плеч тонкий, цветистый, как радуга, шарф и потянулась к пышной гриве коня победителя. Только Сейхун стала повязывать шарф на шее вороного, наездник, подхватив красавицу, перебросил ее через седло и вихрем умчался в степь.
Разгневанный Муюнкум вскочил на своего тулпара и поскакал вслед за похитителем. Джигиты и отец Муюнкума пустились за ними. Семь дней и семь ночей никто не сходил с коней, но не обнаружил и следа Сейхун. Словно похититель поднялся с красавицей Сейхун за облака или ушёл под землю. В отчаянии и изнеможении Муюнкум упал на траву и зарыдал на всю степь. Только на десятые сутки Мукан нашёл
своего сына. Родители Муюнкума вскоре умерли. Муюнкум стал правителем. Приближённые, видя его в постоянной тоске по Сейхун,
привозили к нему во дворец самых красивых девушек со всех концов страны. Глядя на них, Муюнкум говорил:
– Нет, далеко им до моей невесты.
… Через несколько дней Сейхун очнулась и увидела перед собой злого чародея Чадаксая. От ужаса она задрожала. Старик клялся ей в любви; только б она согласилась стать его женой, он построит хрустальный дворец, окружит его густыми лесами с певчими птицами и быстроногими газелями. Он обещал показать ей Восток и Запад, Север и Юг. Но Сейхун отвергала всё, что ни предлагал Чадаксай. Разгневанный её отказом, он стукнул жезлом оземь. Раздался подземный гул, земля задрожала, но Сейхун, казалось, ничего не слышала.
Все её мысли были о любимом. Муюнкум тем временем ехал на своём скакуне в глубь степей. Тут повстречал он старуху-колдунью и рассказал ей о постигшем его несчастье. Она сказала:
– Твою невесту увёз злой чародей. Он среди всех волшебников и колдунов самый могущественный. Он всё равно добьётся своего.
– А где его владения? – спросил старую взволнованный жених.
– Вот этого я не знаю, – скорчившись, как от огня, отвечала колдунья. – А если бы и знала, всё равно не сказала бы.
Но Муюнкум так умолял колдунью помочь ему, что она уступила:
– Хорошо, об этом я скажу, но поклянись ни о чем больше не просить меня.
Отвернувшись, она выдернула из головы несколько седых волосков и связала их в сорок узелков, сожгла их и пепел пустила по ветру. Когда перед ней образовался тёмный родничок, оттуда показалась голова шайтана. Он спросил скрипучим голосом:
– Что тебе надобно, байбише-пери?
– Ответь мне на три вопроса. Где находится невеста Муюнкума Сейхун? Как её можно повидать? Чем это угрожает Муюнкуму?
Шайтан выпучил свои рачьи глазищи и пробормотал:
– Красавица Сейхун живёт в заколдованной южной степи, отсюда скакать на добром коне надо три зори и три ночи. Вон от того куста саксаула, – показал он скрюченным пальцем с кошачьим когтем. – Увидать её можно только издали, чары Чадаксая не подпустят близко ни пешего, ни конного. Стоит же это видение одного глаза.
Муюнкум не стал ждать, что ещё скажет шайтан, вскочил на своего быстроногого коня и помчался на юг. На третьи сутки нелёгкого пути Муюнкума начался страшный самум. День стал темнее ночи. Казалось, самум стремился сломить волю Муюнкума, погубить его коня, заставить вернуться. Но ничто не могло поколебать влюблённого. Самум так же внезапно кончился, как и начался. Утром четвертого дня Муюнкум въехал в страну, где царила мёртвая тишина. Верный конь внезапно потерял силы, и Муюнкум остался один в этом страшном царстве.
На зорьке он увидел зеленеющие вдали кусты. Муюнкум, преодолевая охватившую его слабость, медленно продвигался вперёд. Когда солнце поднялось над горизонтом, он увидел в его сияющих лучах свою любимую. Хотел окликнуть Сейхун, но силы оставили его. Когда
Муюнкум пришёл в себя, то обнаружил, что у него только один глаз, а там, где он видел Сейхун, поблескивали небольшие ручейки.
Коварный Чадаксай, испытав упорство и терпение Муюнкума, не сомневался, что молодой батыр продолжит свои поиски. Чтобы отомстить Муюнкуму, чародей наслал на бескрайние степи Муюнкума опустошительные самумы, знойные суховеи. Цветущие долины Бек-Пак-Дала превратились в мёртвые степные барханы. Оставшиеся в живых жители собрались возле небольших озёр-родничков. Тут же снарядили гонцов и направили их во все стороны на розыски Муюнкума.
После долгих поисков гонцы сначала обнаружили коня своего правителя, а через день разыскали и полуживого Муюнкума. Лишь раны Муюнкума зажили, он решил еще раз испытать судьбу – разыскать Сейхун. Ведь с появлением Сейхун во владениях его отца бурно расцвели сады, зашумели отяжелевшие колосья, трава поднялась в рост человека. И Муюнкум понял, что надо бороться за Сейхун не только ради себя, но и жизни на земле.
Отыскав колдунью, Муюнкум упросил её послужить ему ещё раз.
– Скажи, – спросил он, – жива ли Сейхун и что с ней?
Старуха молчала, как бы обдумывая, а потом сказала:
– Ведь ты уже потерял один глаз.
Но Муюнкум так просил, так уговаривал, что даже ветер, и тот не выдержал бы. Колдунья сдалась. Она повернулась на Запад, сняла с себя платок и стала выдёргивать из головы седины. Как и в первый раз, связала их в сорок узелков, пошептала над ними. Снова из родника показался шайтан. Глаза его горели злобой, налились чёрной кровью.
– Сослужи-ка мне службу в последний раз. Скажи, где находится красавица Сейхун. Как к ней добраться и что это будет стоить тому, кто захотел бы её увидеть?
Шайтан тряхнул головой, и с его бороды посыпались огненные брызги.
– Красавица Сейхун живёт у Чадаксая. Найти её можно: через неделю с восходом светила к месту, где находится бикешь Сейхун, будет лететь семь казарок, а кто зарится её посмотреть, тот совсем ослепнет.
Сказал и тут же исчез, оставив после себя клубы дымящегося пара. Колдунья уговаривала Муюнкума оставить поиски.
– Да и тебе ехать-то теперь не на чем, – говорила она. Ведь какие кони остались в живых, те не подымут тебя. Оставайся-ка лучше дома. Женись на другой. На тебя, молодца, много хороших девушек засматриваются и тайком, по ночам, не одна вздыхает и слезы льёт.
Не сказав ни слова, Муюнкум ушёл.
Продолжение следует…
Николай ЦИБИЗОВ, село Илек.